Far far away

Cупружеские отношения имеют ценность и для мужа и жены, и для подрастающих детей. Если нерешенные проблемы между родителями существенны, дети часто отражают их в своем поведении, становятся так называемыми «носителями симптома».

Behind the word mountains

Чтобы развод родителей не стал для ребенка травматичным опытом с негативными последствиями и психологической травмой с негативным влиянием на его психику, ребенку нужно помочь пережить этот период и адаптироваться к новой социальной ситуаций.

Far from the countries Vokalia

Мало какой возраст может быть столь же несносным, как подростковый. И хотя детские кризисы (тот же кризис трех лет) способны вытрясти всю душу из родителей, подростковый кризис – особый случай. Уже потому, что ребенок повзрослел и во многих областях жизни располагает недетскими возможностями.

There live the blind texts

Дети сталкиваются с проблемами при овладении различными навыками: чтением, письмом, счётом, пониманием математических задач, запоминанием и упорядочиванием (анализа) информации. Если вы отмечаете такие проявления у своего ребёнка, обратитесь за консультацией к специалистам центра «Август».

Зачем нужен Мастер?

Есть такая притча, я коротко и своими словами: один человек имел горб и сильно из-за этого страдал, а так же у него возникали и объективные проблемы связанные с этим. Как то раз он шел по болоту и встретил дьявола. Обстоятельства их встречи вспомнить сложно, но так или иначе тот забрал у него горб, а так же дал ему денег. Некто узнал о такой выгодной встрече и поспешил на болота, так как хотел улучшить свои условия и внешние данные. То что происходило при этой встрече так же покрыто завесой тайны, но вернулся он уже с горбом.

Мне кажется, что в ней хорошо описаны противоположные подходы человека к знанию и как результат разные следствия столкновения с ним. Подробнее об этих позициях я и попытался изложить в статье.

I

— Как жизнь?
— Смерть!

Футурама.

Зачем нужен Мастер?Я познакомился со смертью еще в детстве и хорошо помню какое неизгладимое впечатление произвело на меня это событие, ставшее ударом. Кстати, слово это хорошо подходит, по тому воздействию на психику, которое известие о смерти оказало. Достаточно сказать, что это было одно из самых ярких и неожиданных впечатлений. Позднее уже сформировался некий образ смерти, который сложно сформулировать как-то внятно: смерть это что-то очень неожиданное, окончательное, необратимое, которое сразу вырывает человека, с которым она случилась полностью и из твоей собственной жизни и из мира вообще, то есть его больше нет, он по-настоящему, навсегда исчезает, каким бы он ни был. Ни одна из его характеристик, ничего не способно изменить значение, вес этого окончательного факта.

Потом какое-то время я не верил, что в конечном итоге это произойдет со мной, хотя уже тогда понимал, что все вокруг смертны. При этом была еще одна гамма впечатлений, связанная именно со смертью – то насколько просто и случайно она происходит с человеком, насколько человек хрупок, неподготовлен, какое маленькое расстояние отделяет его от смерти. Да, конечно есть законы старения, но незапланированность смерти, даже несправедливость – еще одна ее характеристика. И еще одно: здесь теряет всякое значение внутренний мир человека, как раз то, за что его любишь, отличить живого человека от мертвого очень просто – достаточно узнать, живо ли его тело или нет. Смерть все сводит к телу.

Получается, что все более тонкие, индивидуальные впечатления о смерти начали появляться тогда, когда прикладываешь ее на себя, она сразу становится реальнее и как бы проникает вглубь, становясь личной проблемой. При этом в начале я не связывал ее с телом, но потом мне объяснили. Так вот и случилось, что смерть для меня существовала в двух измерениях, которые быстро оказались связаны между собой – внешнее измерение было связано как раз телом и его проблемами, когда оно болит, когда оно вызывает неудобство. Внутренне – это уже страхи и мысли о смерти, чувства, которые эти мысли вызывают.

Возможно отчасти человек так эгоцентричен по простой причине – как ему ни объясняй, что мир существовал до него и будет существовать после, он понимает это только на уровне ума, а вот его тело, психика, его существо, этот живой островок, ничего такого понимать не хочет, для него это не актуально. Хотя здесь я не могу судить, точнее могу, но только по себе. Если я представляю себе катастрофу космического масштаба, с разрушением целой планеты, я не могу ощутить для себя четкой разницы между этим событием и моей индивидуальной смертью, ведь и то и другое означает для меня одно и то же – конец мира. Он появился тогда, когда я начал его воспринимать, а исчезнет тогда, когда я перестану.

Христианство, знакомое с детства, тоже ассоциировалось со смертью, так как там слишком часто упоминается о «сырой могиле», о том, что мы по сути своей сделаны из глины. И хотя слова о том, что тот, кто умер, теперь попадет к Богу, и поэтому надо радоваться, тоже запомнились, но по сравнению с весомостью происходящего они были какие-то ненатуральные, эфемерные, от них можно усмехнуться или разозлиться, но воспринять всерьез я их так и не смог. Вопрос смерти не разрешен для меня и поныне, ведь я сейчас пишу это. И ни для кого не секрет, что рано или поздно он умрет и случится это при обстоятельствах, которые невозможно будет контролировать, что является еще одной, наверное, самой страшной для меня характеристикой смерти. Вопрос только, чем заполнить этот промежуток.

II

Ты, наверно, об этом совсем не знаешь
И никто не расскажет тебе секрета
Что всегда и везде ты чуть-чуть умираешь
Но ты просто боишься смотреть на это
(с)

В религиях вообще часто говорится о подходе к смерти и есть даже различные ритуалы, позволяющие подготовить человека к этому процессу и посмертному существованию, причем прописаны они во времени и почему так – мне неизвестно, однако ясно, что когда-то подход к этому был серьезный и вероятно имел какой-то практический смысл. Так или иначе везде заявляется, что смерть — это не конечный опыт, хотя бессмертие вообще не является целью, скорее побочным продуктом, а сама смерть в таком случае может служить проверкой. Куда бы не стремилась душа человека после смерти, к Богу или к центру вселенной, познание продолжается, а те, кто возвращаются возможно ставят служение людям выше, чем личное спасение, хотя и здесь есть различия – ламы перерождаются во плоти, а суфийские мистики прошлого могут прикоснуться к кому-то из живущих.

В общем, различия есть везде, есть и общее для меня место – представить себе, что каким-то образом можно оказаться «по ту сторону» со всеми своими проблемами и заморочками я не способен. Здесь понятнее всего для меня буддизм, где смерть есть некий «последний трип», в который тебя, если повезет, провожает некто, находящийся рядом, проводя тебя через разворачивающиеся перед взором галлюцинации, порожденные от соприкосновения твоего распадающегося существа с какими-то высшими силами, для того чтобы потом начался новый трип, а если повезет, можно даже выбрать его условия, а если совсем повезет, и ты старался – выйти, ведь ты же не лама, поэтому возвращаться не обязательно. Это очень приятно, а главное практично – сразу становится понятнее, что жизнь в общем-то нужна для того чтобы успеть подготовиться…

Гурджиев не был религией, а был и остается мистиком, что конечно же гораздо «больше», чем любая религия. Именно его слова, во-первых, сняли для меня все противоречия в данном вопросе, а во-вторых открыли чисто практическую, внутреннюю часть если так можно сказать «послания о пути», в котором достаточно мало внимания уделяется тому, что, вероятно, будет происходить с тобой после смерти, а акценты смещаются в сторону того, чем стоило бы заняться уже при жизни, чтобы прожить ее уникально, согласно своей индивидуальности и послужить чему-то большему, чем придуманным для тебя в рамках цивилизации целям. В начале он все сводил к рентабельности – жизни вообще и чей-то конкретной жизни в частности.

Объективная ценность человека в его интерпретации выражалась в способности выполнять свой долг перед Создателем, способности делать, то есть двумя характеристиками – во-первых, уровнем осознанности человека, а во-вторых – наличием у него объективной же совести, которая как раз и позволяет двигаться в верном направлении и совершать правильный выбор. Это, наверное, самый прагматичный взгляд на вещи из тех, которые я когда-либо видел. Тут же можно сделать вывод, что и разные мистики в таком случае имели разную ценность в объективном смысле, но так можно слишком далеко зайти в расчётах. Его послание сложно разделить на позитивную и негативную части, и он мог любую возвышенную вещь разобрать на составляющие, тем самым лишив ее ореола таинственности.

Тем не менее все что он делал было глубоко религиозным и у меня лично от его послания осталось ощущение возможности какого-то глубокого сокровенного внутреннего чуда, которое может произойти с каждым, стоит только постараться. Иногда мне хочется верить, что его слово и дело живет и поныне в разных людях, которым он через барьер смерти передал необходимый для этого опыт и таких «осколков Гурджиева» много. Кстати, из своей смерти он создал настоящий спектакль, трагикомедию, причем возникает полное впечатление, что для него это событие не было очень значительным, скорее он сам придал ему такое значение, какое и было нужно.

Уже после, знакомясь с посланиями других мистиков я все не мог поверить, что они и Гурджиев говорят об одном и том же. Слишком сильное впечатление оставил во мне Четвертый Путь и сама личность Гурджиева, слишком сильно зацепил. Наверное, можно сказать, что это ловушка, потому что такой отпечаток не есть реальность, зато он мешает получить информацию от других источников, даже если они достоверные и в конечном итоге становится препятствием. Таких посланий о пути много и почти каждый мистик что-то после себя оставил.

В позитивной части посланий я узнал о том, что меня ждет после того, как я обрету просветление. Я узнал о том, что меня ждет, когда я открою связь с высшим и стану мистиком. Я узнал о большом счастье и о всепоглощающей радости жить, чувствуя себя по настоящему живым, свободным от оков эго, помогая окружающим в их заветных чаяниях, ведь каждый глубоко внутри стремится к высшей добродетели; или выполняя волю Творца, неся людям Свет, лишенный своих проблем и навсегда оставивший мелкие дрязги, маленькая песчинка во вселенной, полной безграничных возможностей. Я узнавал о том, что ждет меня после второго рождения, о той жизни в духе, к которой стоит стремиться и все это накладывалось на мои детские представления о том, кем я хочу быть, смешивалось с ними.

Мне казалось, что все, о чем я прочитал уже здесь, почти рядом, осталось только протянуть руку, ведь это принадлежит мне по праву, как и любому другому человеку на планете Земля. Да, конечно все не так просто, но есть же практики, которые можно практиковать, для этого же они и нужны, с помощью них можно достичь обещанного, есть мудрые люди, которые подскажут и помогут, а еще в мире есть различные виды деятельности, совершенствуясь в которых можно достичь мастерства, после чего, следуя принципам Дао, навсегда выйти за рамки видимого.

Негативная часть послания о пути говорит о том, что ты должен умереть, эго должно умереть, все что ты о себе знаешь должно умереть, со всем придется расстаться, ничего нельзя взять с собой. Говорится о том, что каждая ситуация, в которой можно измениться несет в себе смерть и пройдя через эту маленькую психологическую смерть ты меняешься, а если ты закрываешься и избегаешь ее, то остаешься в круге привычного. Ты не можешь одновременно быть в двух местах, не можешь меняться и при этом не испытывать боли, наблюдая за процессом с безопасного расстояния, а для эго нет особой разницы, реальная ли это смерть или мнимая, она воспринимается как настоящая. Говорится о том, что ты будешь сопротивляться пути, ты не захочешь знать Истину даже о себе, а значит и избегать ситуаций, угрожающих смертью твоим представлениям.

Говорится о том, что привычное страдание стало для нас нормой, и скорее всего мы не станем лишаться того комфорта, которого имеем, даже зная о том, что в конце все едино. Короче, как в песне – готовы проиграть, но не готовы умереть, в бесплатной лотерее на жизнь и смерть. Поэтому человек будет стараться оставаться в иллюзиях относительно своего состояния, попутно продолжая практиковать. Получается, что все описания возвышенных состояний нужны только для того, чтобы замотивировать человека на приложение усилий над собой. И в итоге все духовные достижения и любые реальные или не очень изменения разбиваются о смерть и проходят проверку у нее.

Тебе кажется, что ты уже далеко прошел в нужном направлении? Тогда остановись и оглянись на смерть, представь, что она сделает при встрече с тобой и если что-то после этого выживет, то хорошо, а если нет, то предел не преодолен и в конце неважно, сильно ли ты старался. Вот и я в начале ничего другого ни слышать, ни видеть не хотел, кроме как поскорее попасть в другое измерение и избавиться от проблем, но работать то приходится совсем с другим и не в последнюю очередь именно с таким подходом – ненужной спешкой и желанием смотреть только на позитивное, а негативное отвергать, а также стремлением поскорее получить на Пути то, что является побочным продуктом и не может быть целью.

III

Порой, когда бушует всё вокруг,
Готовность смерть принять нужней наук.
Пучина тянет всех живых на дно,
Плыть по волнам лишь мёртвым суждено.

Руми

Так уж получилось, что для меня Мастер и Путь неотделимы друг от друга, причем я даже не знаю, хорошо это или плохо. Конечно существует индивидуальный путь, пройти который можно только самому, но я сейчас говорю о ситуации, когда человек знакомится с Путем, как набором определенных практик, взглядов на те или иные вещи и целей. Путь мог появиться и раньше, но именно сейчас его создает Мастер и те, кто следуют по нему. Здесь все строится не на принципах «уважаешь ли ты меня», но тем не менее некая общность все же есть. Поэтому дальше слова Мастер и Путь для меня будут практически тождественны, и я оставляю другим судить, насколько это вообще адекватно.

На мой взгляд, нельзя долго оставаться «рядом» с Путем, ходить вокруг да около. Путь отбирает людей, и происходит это в течение какого-то ограниченного периода времени. За это время ты знакомишься с набором иллюзий относительно себя, которые имеешь, понимаешь свои истинные мотивы, насколько это возможно, и так же знакомишься с Путем и тем, что он реально может дать, взамен ожиданий. Так же происходит знакомство и со своей темной стороной, то есть с тем, как ты можешь использовать Путь и вообще все в своих личных целях, не заботясь о последствиях. Для меня ключевым словом здесь является разочарование, причем в основном в себе самом.

Еще одна неприятная вещь заключается в том, что на самом деле далеко не все ищут и хотят чего-то высшего и не всем вообще можно помочь вырваться из собственного сна. Причин этого я не понимаю, но в каком-то смысле это звучит как приговор. Неприятно это еще и потому, что можно задать подобный вопрос себе. Зачастую каждый, в том числе и я сам, может искренне хотеть многое поменять в своей жизни, чуть меньше людей хочет чему-то научиться, то есть приобрести какие-то ценные для жизни навыки. Еще меньше людей хотят измениться, я имею в виду какие-то глобальные изменения, изменения глубокие, «изменения всего», и чаще всего это происходит из комплекса неполноценности, то есть в этом нет никакого духовного мотива. Вообще, что такое поиск, как он проявляется в бытии, как выражается, непонятно, но это точно не желание изменить жизнь или себя, хотя ничего плохого в этом факте нет и одно другому не мешает.

То, что сейчас называется эзотерикой совершенно утратило свой смысл, ведь раньше этим словом называлась внутренняя часть любого учения, а сейчас – набор разных практик для улучшения по сути то жизни. Так спрос рождает предложение и вот уже эзотерика становится обычной психологией, в лучшем случае. Но Путь не ведет к жизни, а Мастер не учит никого жить, он нужен не для этого, а совсем для обратного. Тот, кто убивает человека в обычном смысле, становится маньяком. Тот, кто убивает морально — садистом. Я считаю, что каждая ситуация, в которой возможны изменения связана с прохождением через смерть, но мы слишком сильно цепляемся за старое, боясь этого.

Чем острее разворачивающаяся ситуация, чем сильнее чувствуется «угроза», тем больше вероятность впасть в бессознательное состояние, в результате теряется часть потенциала, который мог бы привести к трансформации. От того, насколько сильно мы боимся смерти, неизвестного, тем самым цепляясь за уже отжившее, зависит скорость продвижения по Пути и то, будет ли человек вообще двигаться или бесконечно закрываться. Мастер является тем человеком, который способен провести нас через ситуации смерти так, чтобы мы могли меняться. Мастер нужен для многого, но в первую очередь для того, чтобы помочь человеку прийти к мистической смерти. Путь ведет от жизни, ведет за пределы, и путь внутрь – постепенно стирает для человека то, чем живут вовне, делает интересным и нужным то, чего вообще нет сн
8000
аружи, уводит в другом направлении.

Короче, делает он то же, что и смерть, но добровольно. И еще одно отличие – он то как раз перестает все сводить к телу, наоборот, избавляет от его главенства. Путь точно так же нереально контролировать, как и Мастера, он непредсказуем, для него не имеет значения внутренний мир человека, ведь какой бы он ни был – его придется выкинуть на помойку. И можно сказать, что он несправедлив, потому что не играет роли, хороший ли ты человек или плохой, здесь действуют другие законы, не имеющие ничего общего с моралью. Поэтому меня всегда удивляет, когда кто-то начинает упрекать Мастера в том, что он ведет себя «не по-человечески» или не соответствует стандартам, ведь как раз от человеческого Путь и уводит. А значит, это непременно будет связано со смертью в своих ожиданиях, представлениях, амбициях и многом другом, том, что считается важным.

Возможно поэтому мистики прошлого часто использовали метафору смерти, чтобы показать через что нужно пройти на Пути. Мне кажется, что это чем-то похоже и на любовь – когда все вокруг меркнет перед самым главным фактом и наконец то перестаешь цепляться за все подряд. Путь точно так же неумолим, и как невозможно симулировать смерть, так же невозможно симулировать принятие, открытость и отсутствие отождествления, все то, чего так не хватает для прогресса. Но в том то и проблема, что это может звучать очень здорово на бумаге, но на деле это отнюдь не так, потому что болезненно.

Слишком много вещей во мне способствует тому, что вступить на Путь невозможно, поэтому я знаком только с основами. Много энергии тратится на то, чтобы поддерживать ненужную мне самому деятельность ума, чувства, которые я не хочу испытывать, напряжения в теле. Я никогда не чувствовал себя и свои проявления достаточно реальными, чтобы хотеть им следовать. Я не хотел идти на поводу личности, тратить энергию и силы на ее проявления. Но общество и почти все внешнее требует именно этого. Попытка уйти от постоянной необходимости соответствовать приводит к подавлению и в результате создаются блоки, сгустки подавленной энергии, к тому же хаотичное мельтешение в уме и чувствах еще больше дезориентирует и сужает восприятие. Попытки быть «хорошей личностью» тоже достаточно однобоки, к тому же к вечеру появляется ощущение упущенного попусту времени.

Под всей этой хаотичной структурой скрываются более реальные наклонности и импульсы, но они редко могут найти адекватное выражение из-за подобной поверхностной психической активности. Так получается, что человек не растет и мы видим, что уже вполне взрослые люди могут вести себя как дети. Человек не дорастает и до тех возможностей, которые может предоставить Путь, даже не приходит к пониманию ценности этого. Поэтому, когда я говорю про метафору смерти, я конечно имею в виду смерть этой поверхностной и ненужной деятельности, которую я и считаю собой, а ни в коем случае не наслаждаюсь декадансом. Мы слишком живые именно в этом смысле, когда нет никакой необходимости. Но все должно происходить особым образом, потому что если человек выводится из-под власти обусловленности не так как нужно, последствия могут быть не самые хорошие, не правда ли? Всем нам знакомы шоки, не приносящие ничего хорошего.

Мне кажется, что есть люди, способные пройти этот этап самостоятельно, если у них есть готовность идти на смерть, вот это качество, «будь что будет», способность отдавать себя без остатка, проходить через все страхи и терпеть крушение иллюзий. Некий компас, способный провести их через все иллюзии и заблуждения эго. Но не каждый способен оценить адекватно масштаб задачи, которая стоит перед ним и то количество времени, которое для этого нужно, как и важность работы с эго. Поэтому может случиться и так, что в итоге сильный от слабого объективно будет отличаться только силой страстей.

Смерть либо приносит освобождение, либо не приносит. Исчезновение старых привычек и образов либо освобождает место для нового видения и роста, либо способствует возникновению других шаблонов. Создание необходимых условий для того чтобы «опустошить сосуд» — одна из функций Мастера, хотя этим его возможности не ограничиваются. Только после этого появится возможность воспринимать внутреннее измерение и видеть то, что описано в многих книгах, но уже своим собственным взором. Пока старое не исчезнет, новому негде будет появиться и говорят, что растворение в Боге потребует полного исчезновения «себя» и «своего» еще при жизни в теле. Итог все равно будет одним и тем же, но качество – совершенно разным.

Источник:
mystic-school.ru